Читать онлайн «Столп и утверждение истины»

Павла Флоренского — книга единственная в своем роде, волнующая, прельщающая. Русская богословская литература не знала еще доныне книги столь утонченно-изысканной. Это первое явление эстетизма на почве православия, ставшее возможным лишь после утонченной эстетической культуры конца века и начала века. На каждом слове свящ. Флоренского лежит печать пережитого эстетического упадочничества. Это осенняя книга, в ней звучит шелест падающих листьев. Изысканные цветы православия свящ. Флоренского возможны лишь в ту эпоху, когда в католичестве стал возможен Гюисманс.

СТОЛП И УТВЕРЖДЕНИЕ ИСТИНЫ. Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах

Последние главы"Столпа и утверждения истины" посвящены дружбе и ревности. В письмах о дружбе и ревности - весь пафос книги. В дружбе видит свящ. Флоренский чисто человеческую стихию церковности. О дружбе говорит он много хорошего и красивого, но безмерно далекого от православной действительности, в которой мудрено найти пафос дружбы. Флоренского совершенно индивидуально, лирично, он оправославливает античные чувства.

Труд священника Павла Флоренского «Столп и утверждение истины». Письмо одиннадцатое: Дружба XIII. Письмо двенадцатое: ревность XIV.

В основном было написано в годы его второго студенчества в Московской духовной академии — Последним прижизненным фототипическим изданием является берлинское издание Книгу следует считать юношеским произведением Флоренского. В таком понимании истины коренятся истоки русского онтологизма — характерной особенности русской философии. Истина есть антиномия, т. Истина есть интуициядискурсия там же, с.

Антиномия у Флоренского пронизывает отношения Бога и мира, духа и плоти, девства и брака и т. Любовь у Флоренского — гносеологическая категория: София есть и Церковь в ее небесном и земном аспектах, т. Стихия церковности — стихия братской, агапической общины. Антиномия дружбы — нераздельность и неслиянность друзей: Церковь есть не только иерархия католицизм , не только буква Св.

"Столп и утверждение истины" - центральная книга Флоренского и во многом всего русского религиозного возрождения. Принципиальна, поэтому, форма, избранная Флоренским - письма Другу. Только в опыте, личном обращении, в ситуации встречи возможно говорить о Боге. Первая рисует ситуацию человека перед отсутствием истины, поиска ума опоры себе.

Твердой истины не оказывается, все плывет. Флоренский рисует ад сомнения, мышеловку ума, вечное кружение в пустоте.

Флоренский, как и Вейнингер, признает существование мужчин с . Бердяев замечает, что в письмах о дружбе и ревности — весь.

Флоренского Религиозно-философское мировоззрение П. Флоренского устремлено к постижению Истины, Бытия, Реальности как воплощения Бога и потому может сложиться впечатление, что в миросозерцании Павла Флоренского психология со-бытия является лишь земным и тварным отблеском непостижимо-высокого и духовно-трансцендентного бытия Бога и его явления в мире людей.

Однако, анализ религиозно-символической метафизики о. Флоренского можно выделить два больших и концентрических круга проблем. Ко второму кругу относятся проблемы мирского, земного со-бытия такие как онтология человеческой дружбы, человеческой любви, братско-товарищеских отношений, таинство брака, законы познания человека человеком и др. Важнейшую и исходную роль в сфере духовно-онтологических представлений П.

Флоренского играют идеи о природе человеческой речи как способе человеческого общения. Бахтина, человеческая речь в воззрениях о.

Апология любви

Принципиальна, поэтому, форма, избранная Флоренским - письма Другу. Только в опыте, личном обращении, в ситуации встречи возможно говорить о Боге. Первая рисует ситуацию человека перед отсутствием истины, поиска ума опоры себе. Твердой истины не оказывается, все плывет.

Центральная книга Флоренского и во многом всего русского религиозного возрождения. «Столп и утверждение истины» — гениальная попытка.

Твоя любовь для ней была, И незаслуженным позором На жизнь ее она легла!.. И что ж от долгого мученья, Как пепл, сберечь ей удалось? Боль, злую боль ожесточенья, Боль без отрады и без слез! Сколько гимнов сложено любви! Ее лучезарный лик воспет в музыке, поэзии, живописи и даже в философии. И вместе с тем с нею связывают всяческое зло в мире. В каких только преступлениях не обвиняется любовь! Сколько обвинений, сколько проклятий любви с тех пор, как свет стоит! Понятно, почему от любви до ненависти один только шаг.

Вся история человечества свидетельствует об этом, а не- мецкие классические философы от Канта до Гегеля и тео- ретически обосновали диалектику добра и зла! Если мы признаем абсолютные нравственные ценности, то на первое место среди них мы поставим любовь. Любовь — абсо- лютное благо, как и доброта, совесть, правда, состра- дание, милосердие — эти всечеловеческие нравственные ценности, в высшей степени положительные и созида- тельные.

Недаром любви противостоит ненависть как абсолютное нравственное зло — источник вражды, раз- рушения, обиды, унижения, преступления. Если любовь 1 Тютчев Ф.

Столп и утверждение истины

Его основная работа"Столп и утверждение истины" несомненно является памятником русской культуры. Сам он назвал ее"опытом православной теодицеи" оправдание бога. Хотя, по большому счету, вряд ли ее значение исчерпывается только этим, и вряд ли она была бы столь значима в философском и общекультурном плане.

Эпистолярная дружба Флоренского с Розановым обладала неким «сюжетом ». .. Наконец, в главе «Дружба» (дополненной главой «ревность») автор.

Столп и утверждение истины. Что практически этот вопрос выдвигается на первую линию по важности, — о том едва ли возможно двоякое мнение. Но, мне думается, не достаточно сознается большинством мыслителей его теоретическая важность: Вот почему мне кажется необходимым глубже проникнуть в понятие ревности. Полагаю, на основании сказанного в конце предыдущего письма, что уяснение понятия ревности служит, вместе, к уяснению самого понятия дружбы и любви.

Итак, что же такое ревность? В основе ревности интеллигенцией принято усматривать и гордость, и тщеславие, и самолюбие, и подозрительность, и недоверие, и мнительность, — словом, все что угодно, но только не какое-либо моральное преимущество. Эту мысль облекает игрою слов Шлейермахер или Грилльпарцер:

Вы точно человек?

Итак, что же такое ревность? Эту мысль облекает игрою слов Шлейермахер или Грилльпарцер: Так и при ревности: Вот какими рассуждениями приходит Спиноза к этому своему классическому определению ревности.

Мне кажется, стало несомненным, что обсуждение любви вообще и дружбы в частности, и в их конкретной жизненности, почти.

Флоренский в тип ортодоксального правого православного, ему не миновать обвинений в ересях, в вольномыслии, в новшествах. Старая, внешняя, материалистическая церковность не примет учения свящ. Флоренского о геенне, о Софии и многих других. Флоренский слишком оригинален, действительно оригинален. Я бы даже сказал, что свящ. Флоренский по всему складу своего мышления - оригинал, доходящий почти до чудачеств.

Стилизованное православие

Павла Флоренского — книга единственная в своем роде, волнующая, прельщающая. Русская богословская литература не знала еще доныне книги столь утонченно-изысканной. Это первое явление эстетизма на почве православия, ставшее возможным лишь после утонченной эстетической культуры конца века и начала века. На каждом слове свящ. Флоренского лежит печать пережитого эстетического упадочничества.

Это осенняя книга, в ней звучит шелест падающих листьев.

Читать онлайн «Столп и утверждение истины», Павел Флоренский на вошли главы “София”, “Дружба”, “ревность” и все разъяснительные разделы.

Данные этимологии подтверждают те заключения, к торым привел нас метафизический анализ понятия ревности. Ответ на этот вопрос дать не трудно. Рев-н-ив чрез свою старославянскую форму рьв-ьн-ив-ъ приводится к тому же корню, что и семейство слов рв-ен-и-е, рев-н-ост-н-ый, рев-н-и-тел-ь. Сербское рв-а-ти имеет смысл , рв-а-ти, - . Тут проводятся соотношения с санскритскими: Это — противоположность вялости, бессилию, слабости. ревновать чего или поревновать чего — значит, по В.

Да и было бы совершенно непонятно, как состояние, само в себе предосудительное, может быть образом чего-то в Божественной жизни. Из сделанных же здесь разьяснений очевидно, что в таком приписывании Богу ревности должно видеть не натянутый анфропопафизм, а точное обозначение существа дела. Ведь ревность есть понятие онтологическое, а не психологическое и не этическое. Но мало того, что ревность есть необходимый момент любви. Она, по распространительному толкованию преп.

Этические проблемы в произведении Павла Флоренского “Столп и утверждение истины”

Бердяев Стилизованное православие об о. Флоренском [1]"Столп и утверждение истины. Опыт православной теодицеи в двенадцати письмах" свящ.

идейности мыслителю не удалось, однако Флоренский обосновал осо- .. Итоговые же главы о Софии, дружбе и ревности вообще не носят.

Итак, что же такое ревность? Эту мысль облекает игрою слов Шлейермахер или Грилльпарцер: Так и при ревности: Вот какими рассуждениями приходит Спиноза к этому своему классическому определению ревности. Совершеннейшая взаимная любовь есть любовь всепоглощающая; мы хотим сполна обладать ею, она — наше высшее счастие, которое мы ни с кем не хотим делить и никому не хотим уделять. Так возникает любовь, которая одновременно ненавидит и завидует, — ревность.

Эта страсть особенно сильна, если нашим счастием завладел другой; и чем сильнее было счастие, тем ярче разгорается ревность, так что она, если не укротит ее какая-нибудь иная сила, затемнит всю нашу душу: Но все же и тут, на почве спинозовского анализа, мыслима любовь без ревности, при полной взаимности, так что ревность, хотя и необходимая психологически при известных условиях, получает в глазах Спинозы оценку отрицательную, как , как затемнение сознания, как неукротимая страсть.

Таким образом, и Спиноза в итоге остается при ходячем понимании ревности. Почему же это произошло? Всюду мы читаем у него безличное , что должно перевести: Подозрительность, ненависть с завистью и т.

Роза Мира и новое религиозное сознание

Сериальчик ничо так, занимательный. Гг"растёт над собой", попутно собирая"плюшки" и становясь всё круче и круче. Написано не плохо,но как-то по детски что ли очень уж наивно. Надо в аннотации подписать подростковая фантастика.

Словом,"Моцарт и Сальери" есть трагедия о дружбе, нарочитое же ее имя т. е. общей ревности или любви, рождается из какой-то общности и есть одна из . (3) Свящ. П. А. Флоренский:"Столп и утверждение истины". С. .

Глава 3 Логика всеединства в работах Павла Флоренского Флоренский был живым воплощением философии всеединства: Очень удачно для нас, что в этом человеке соединилась глубина мистических постижений и отсутствие презрения к логике. Флоренский был достаточно хорошо знаком с идеями формирующейся в его время математической логики логистики , он профессионально владел математикой. Все это позволяло ему порой находить очень точные и ценные логические эквиваленты разного рода метафизических конструкций философии всеединства.

Книга написана в форме двенадцати писем-глав в первой части и различного рода приложений с огромным количеством ссылок, цитат и примечаний во второй части. Обеспечение критики начала анализом его собственной модели. Итог критики рассудка как эпохе, от которого нет непрерывного перехода к Истине. Логика всеединства как логика символов трансцендентного.

Высшая форма закона тождества. Выражение Троицы в личных грамматических формах. Возможна ли истина, и если да, то что она такое? Выяснив оттенки понятия истины в русском, греческом, латинском и еврейском языках, Флоренский переходит в исследовании основного вопроса гносеологии на собственную почву логики и гносеологии.

О ревности и соперничестве в женской дружбе...